ЛЕСКА
2026-11-22 05:06

Диакон отец Павел разбудил послушника еще до рассвета. Тот поначалу испугался: не проспал ли он службу? Но диакон стоял у двери с двумя удочками и улыбался.
- Пойдем, брат Николай. Сегодня у нас послушание на реке.
Николай был юноша старательный, но постоянно чем-то смущенный. Если ему случалось ошибиться, он долго и мучительно рассуждал, оттого ли ошибка, что он недостаточно молился, или оттого, что молился без должного усердия. Отец Павел выслушивал его всякий раз терпеливо, хотя, кажется, и находил эти рассуждения несколько однообразными.
На реке лежал туман. Противоположный берег то появлялся, темный и сырой, то опять исчезал, будто и вовсе его не было. Диакон показал Николаю, как насадить червя, и они забросили удочки.
Сначала послушник сидел с большим вниманием. Но прошел час, поплавок его ни разу не дрогнул, а ночь он спал плохо. Голова его постепенно склонилась; он уже видел во сне свою келью, когда отец Павел тронул его за плечо.
- Ты вот сидишь и спишь, - сказал диакон. - Думаешь, рыба сама к тебе придет?
Николай покраснел и поспешно поднял удочку.
- А что же делать?
- Работать ею. Подтяни немного, попробуй здесь, потом там. Гляди на воду: где она тише идет, где трава шевелится. Не всякое течение сверху увидишь, а оно все-таки есть.
Он вынул из воды свою снасть и забросил подальше.
- Удилище, брат Николай, как вера. Держишь его в руках - и ищешь. А уткнешься в одно место, будешь день за днем ждать и сердиться, что ничего не выходит, - крючок уйдет на дно. Вытащишь одну тину.
- Сомнения? - спросил Николай, которому хотелось угадать мысль старшего.
- И сомнения, пожалуй. И фанатизм, который бывает оттого, что человек уж слишком боится усомниться в направлении. Прицепится ко дну и уверяет всех, будто это он твердо стоит.
Николай задумался. Ему вспомнилось, как накануне он чуть не поссорился с другим послушником из-за того, сколько поклонов следует положить после молитвы. Тогда он был совершенно уверен в своей правоте; теперь же ему стало неловко, хотя определить, в чем именно он виноват, было нелегко.
Между тем леска у него ослабла и легла на воду кривой чертой. Отец Павел взял удочку, поправил ее и стал проводить леску между пальцами.
- А зачем вы ее наглаживаете? Чтобы ловилось лучше?
- Я ее выправляю. Видишь колечки на удилище? В них леска заправляется. Вот леска - как твоя жизнь, как путь за Богом. Она далеко идет, а куда ей идти - вера указывает. Колечки же как заповеди: держат ее по этому направлению, не дают уйти в сторону, за кусты соблазнов зацепиться или в искушениях запутаться.
Он показал Николаю маленькое колечко у самой вершинки. - Тюльпан! Самое узкое место. Но все кольца, складываясь в линию, именно на него ровняются.
- Они сужаются? - раскрыв глаза, отметил Николай.
- Как и наш путь за Господом! Сначала широкий, потом узкий. Это для того, чтобы ход лески сделать плавней. И чтобы даже самая кривая не цеплялась за ограничения.
Павел еще раз потянул за леску, пропуская ее между пальцев.
- Когда леска выскочит, ее приходится поправлять. А лучше и прежде придерживать рукой, чтобы не вилась. Выпустишь - глядишь, она уже пируэты выписывает, вензеля. Кажется, пустяк; а не уследишь, перепутается сама с собой.
- И что тогда? - тихо спросил Николай.
- Случается, такой клубок выйдет, что только выбросить.
Послушник поглядел на воду и помрачнел. Диакон заметил это и вернул ему удочку.
- Я про леску говорю, не про тебя. Ты уж и тут успел испугаться. Человек запутается - надо ему помочь распутаться, а не прочь его бросать.
Они снова примолкли. Вдруг поплавок Николая качнулся, лег набок и пошел по воде.
- Не зевай, тяни! - сказал отец Павел.
Николай так сильно дернул, что маленькая рыбка слетела с крючка и шлепнулась в реку. Он оглянулся на диакона с виноватым лицом, но тот смеялся.
- Ничего. Она ведь не последняя. Получится в другой раз, коли леску на удочке сохранил. Главное - не бросай при первой же неудаче.
Николай, улыбнувшись, стал снова насаживать червя. Руки у него дрожали от волнения, и он почувствовал, что ему уже совсем не хочется спать.
|
Комментариев нет:
Отправить комментарий